Анаптикс
Шо, у нас нынче День победы? Бой барабанов, грохот салютов (у меня пока еще все тихо), размножение полосатых ленточек и гвоздичек в соцсетях? Отмечусь и я, что-таки помню про этот день - без подробного объяснения своего сложного отношения к манере его отмечать в наших землях.

Помнится, как-то в школе, в классе 11-м, наверное, тоже к девятому мая, нам задали по литературе выучить стихотворение про войну. Я не помню, долго я терзалась или нашла решение быстро, но выучила я стихи Бродского "На смерть Жукова". Прочитала красиво, с пафосом. Учительница состроила какую-то встревоженную и недовольную мину и едва было не покусала меня, мол, что, Бродский наезжает на Жукова и не ценит его вклад в победу?? Я принялась объяснять, что нет-нет, ни в коем разе, очень даже ценит, вон, целое стихотворение написал и вообще.
Только Бродский - не тот поэт, чтоб писать бездумно-хвалебные ура-патриотические стихи, в которых не за что зацепиться ни чувству, ни мысли.
Поэтому - вот.
Оно правда звучит достаточно неоднозначно, но "ругательным" я его точно назвать не могу. И помимо сложных аллюзий и реминисценций (про них можно прочитать в статье Лотмана), колючего и призывающего к размышлениям содержания, оно еще, на мой вкус, безумно красиво - по ритму, по подбору слов.

На смерть Жукова


Вижу колонны замерших звуков,
гроб на лафете, лошади круп.
Ветер сюда не доносит мне звуков
русских военных плачущих труб.
Вижу в регалиях убранный труп:
в смерть уезжает пламенный Жуков.

Воин, пред коим многие пали
стены, хоть меч был вражьих тупей,
блеском маневра о Ганнибале
напоминавший средь волжских степей.
Кончивший дни свои глухо в опале,
как Велизарий или Помпей.

Сколько он пролил крови солдатской
в землю чужую! Что ж, горевал?
Вспомнил ли их, умирающий в штатской
белой кровати? Полный провал.
Что он ответит, встретившись в адской
области с ними? "Я воевал".

К правому делу Жуков десницы
больше уже не приложит в бою.
Спи! У истории русской страницы
хватит для тех, кто в пехотном строю
смело входили в чужие столицы,
но возвращались в страхе в свою.

Маршал! поглотит алчная Лета
эти слова и твои прахоря.
Все же, прими их - жалкая лепта
родину спасшему, вслух говоря.
Бей, барабан, и военная флейта,
громко свисти на манер снегиря.

Пока листала критику этого стихотворения, натолкнулась на такое замечание: как так, почему Бродский отправляет солдат, погибших на войне с фашистами, и их командира, в "область адскую"? Что я думаю: скорее всего, в рамках художественного мира этого произведения, в котором упоминаются античные полководцы (Ганнибал, Помпей, Велизарий) и мифологические места античности (Лета), "ад" подразумевается не христианский, который противопоставлен раю (типо, хороший - идешь в рай, плохой - в ад), а древнегреческий аид, куда шли все, и великие герои в том числе. Местечко неуютное,
но такого оттенка, что все попавшие туда - страшные грешники, не несет.

@темы: стихи